В тестовом режиме испытывают механизмы опережающего развития создатели промышленных кластеров


О том, что промышленные кластеры являются перспективной средой для «новой индустриализации» и потому на них целесообразно делать ставку в промышленной политике, у нас говорится с начала 2010-х годов. Но только сейчас, когда, во многом в результате совместных усилий Минпромторга России и Ассоциации кластеров и технопарков, начали работать инструменты их государственной поддержки, появилась реальная возможность сполна задействовать их потенциал.

Как при помощи промышленных кластеров, технопарков, особых экономических зон повысить конкурентоспособность отечественных предприятий ОПК и обеспечить их выход на рынки гражданской продукции? Как малым и средним предприятиям преодолеть препятствия при встраивании в производственные цепочки ведущих компаний оборонно-промышленного комплекса? Рабочие варианты ответов на эти вопросы даст практический опыт реализации двух стартовавших в этом году проектов, которые и их инициаторы – Улан-Удэнский авиационный завод, входящий в корпорацию «Вертолеты России», и НПП «Исток», и Ассоциация кластеров и технопарков, и поддерживающий эти проекты Минпромторг считают пилотными.

Министр промышленности и торговли Республики Бурятия Алексей Мишенин и директор  Ассоциации кластеров и технопарков Андрей ШпиленкоВ мае этого года Ассоциация кластеров и технопарков совместно с министерством промышленности и торговли Республики Бурятии приступили к формированию промышленных кластеров и технопарков на территории республики. Идея состояла в том, чтобы таким образом диверсифицировать структуру промышленности региона за счет создания новых высокотехнологичных производств, содействовать решению задач по импортозамещению и придать импульс развитию инновационных предприятий сферы МСБ, обеспечив их вовлечение в производственные цепочки ведущих промышленных компаний. По сути, регион должен освоить новый инструмент развития промышленности, позволяющий поддерживать выпуск продукции на всех стадиях жизненного цикла – от разработки до постановки на производство.

Специалисты Улан-Удэнского авиазавода совместно с корпорацией «Вертолеты России», правительством Республики Бурятия и Минпромторгом России разработали дорожную карту, в которую входят мероприятия по созданию и развитию промышленного кластера и технопарка в республике и предусмотрено использование механизмов, стимулирующих развитие кластеров и технопарков. Это и компенсация процентных ставок участникам кластера по кредитам на создание новых производств, и субсидии затрат предприятий на освоение новой продукции, и компенсация затрат региона по созданию технопарка. Этот документ его разработчики представили на рассмотрение Правительству РФ. В октябре был получен долгожданный ответ: премьер Дмитрий Медведев рассмотрел и поддержал предложения по созданию технопарка и промышленного кластера на базе Улан-Удэнского авиационного завода, Правительству Республики Бурятия, Минпромторгу России и госкорпорации «Ростех» поручено организовать совместную работу по данному направлению и информировать о ходе реализации проекта.

Этот кейс подробно обсудили участники круглого стола в рамках практической конференции «Промышленная Россия 4.0: механизмы опережающего развития», организованной в конце октября Ассоциацией кластеров и технопарков при поддержке Минпромторга России. Эта конференция – первая из цикла запланированных ассоциацией аналогичных мероприятий, которые будут посвящены использованию бизнесом и органами федеральной и региональной власти инструментов опережающего развития, способствующих повышению конкурентоспособности российских предприятий на глобальных рынках уже в условиях нового технологического уклада. Конференция собрала чиновников, отвечающих за реализацию промышленной политики в регионах, бизнесменов, занимающихся развитием промышленности, а также представителей ОПК и нефтегазового комплекса. Именно эти отрасли сегодня являются драйверами промышленного развития. И на них предполагается отрабатывать предлагаемые механизмы.

Участники практической конференции «Промышленная Россия 4.0: механизмы опережающего развития»На пленарном заседании конференции с участием заместителя председателя Комитета по экономической политике, промышленности, инновационному развитию и предпринимательству Государственной Думы РФ Дениса Кравченко, заместителя директора департамента региональной промышленной политики Минпромторга России Олега Радионова, заместителя директора Фонда развития промышленности Сергея Вологодского и члена рабочей группы AeroNet Василия Высоцкого обсуждался зарубежный опыт внедрения механизмов, обеспечивающих технологическое превосходство, а также вопросы реализации дорожных карт Национальной технологической инициативы в качестве инструмента развития отраслей нового технологичного уклада. В ходе дискуссии участники пленарного заседания пришли к консолидированному мнению, что одной из наиболее эффективных площадок для реализации проектов в рамках дорожных карт НТИ являются промышленные кластеры. Для дальнейшего развития этих проектов было предложено сформировать рабочую группу с участием представителей Минпромторга России и проектного офиса НТИ.

А на круглом столе шла речь о том, как уже работают пилотные кластеры. Формулируя повестку круглого стола, его модератор директор Ассоциации кластеров и технопарков Андрей Шпиленко отметил:

– Сегодня перед российской промышленностью стоят глобальные вызовы. Для того, чтобы занять достойное место на формирующихся высокотехнологичных рынках будущего, наши промышленные предприятия должны решить задачу перехода на новый технологический уклад. При этом перед драйвером промышленности – отечественной оборонкой ставится стратегическая задача – конверсия компетенций и производственной мощи ОПК в гражданское производство, доведение доли гражданской продукции до 30% от общего объема производства к 2025 году. Соответственно, объем ГОЗа постепенно будет снижаться, и предприятия, его выполняющие, должны будут занимать новые ниши на рынке. Как безболезненно и эффективно осуществить диверсификацию продукции ОПК? На этой и последующих наших конференциях мы будем изучать те инструменты, которые уже работают либо заработают в самое ближайшее время, оценивать их эффективность, разрабатывать предложения по их улучшению.

Проект в Бурятии – пример применения инструментов кластерного развития. Его ядро – Улан-Удэнский авиационный завод. Это мощное, успешно работающее предприятие с широким спектром компетенций. Но и его не обошли бури «перестроечных» и постперестроечных» лет. Их наследие – огромное пустующее здание одного из бывших цехов – и было решено превратить из источника издержек в перспективный актив путем создания на этих площадях технопарка и кластера.

На базе Улан-Удэнского авиазавода создается инновационный авиационный кластер– Наш кейс, – пояснил Андрей Шпиленко, – позволяет с помощью имеющихся инструментов решить несколько задач. Во-первых, снижения издержек предприятия на содержание инфраструктуры, во-вторых, повышения качества управления производством, в третьих, приближения к себе поставщиков. И, главное, – создать для предприятия один из новых источников средств на выпуск продукции гражданского назначения.

Проект реализуется при активной поддержке региональной власти. Министр промышленности и торговли Республики Бурятия Алексей Мишенин побывал в Германии, Франции, Китае, где изучал эффективные механизмы поддержки промышленности. Вернувшись, вместе с командой специалистов министерства и экспертов Ассоциации кластеров и технопарков взялся за адаптацию этих механизмов к реалиям территории.

– В этих странах мы увидели убедительные результаты работы этих механизмов, которые там начали применять 10 – 15 лет назад, – рассказал Алексей Мишенин. – Применительно к субъекту РФ основная задача, решаемая с помощью кластеров, – это создание новых рабочих мест и повышение реальных доходов населения территории, это развитие экономики территории за счет ее диверсификации. Таким образом, используя механизмы кластера, мы заботимся об экономической устойчивости региона себя, создавая кооперационные связи, поддерживая преемственность в промышленности, обеспечивая сохранение компетенций в производствах и закрепление на предприятиях носителей этих компетенций – высококвалифицированных специалистов. Причем не только в авиастроении: мы у себя в республике выделили четыре перспективных в плане кластеризации сегмента местной промышленности. Бурятия подала документы в Минпромторг на включение вновь созданного авиакластера в реестр промышленных кластеров. Для этой категории кластеров действует механизм компенсации из федерального бюджета до 50% затрат на инвестиционный проект. Таким образом все участники кластера получат возможность воспользоваться этим механизмом. К тому же за счет внедрения кластера можно развивать местный МСБ, встраивая его в ко-операционные цепочки. – Улан-Удэнский авиационный завод был выбран в качестве пилотного проекта во многом именно потому, что правительство республики активно подключилось к этому процессу, – рассказал директор по экономике и финансам холдинга «Вертолеты России» Сергей Желтиков. – Мы для себя решаем задачу увеличения доли гражданской продукции, кроме того, кластер послужит поддержкой МСБ, с его помощью малые предприятия смогут участвовать в масштабных промышленных проектах госкорпораций. Если мы увидим положительные результаты на уровне завода в Улан-Удэ и Республики Бурятия, мы перенесем этот опыт и на другие предприятия холдинга. При этом уже будем иметь представление о том, на какие грабли надо постараться не наступить.

О том, какие планы связывают с кластером и технопарком на Улан-Удэнском авиационном заводе, рассказал первый заместитель управляющего директора ОАО «У-УАЗ» по экономике и финансам Алексей Козлов:

– Мы были одними из инициаторов проекта. Нашему заводу 75 лет, он работал со всеми профильными конструкторскими бюро, которые существовали в СССР и действуют в сегодняшней России. Выпускали как военную, так и гражданскую технику – самолеты и вертолеты. За эти десятилетия сформирован колоссальный потенциал – инфраструктурный, инженерный, технологический. У нас есть все технические переделы, – от гальваники до механообработки и всего остального. И, создавая технопарк, мы предлагали этот багаж его потенциальным участникам как инструмент развития, в свою очередь, рассчитывая, что с привлечением в технопарк МСБ мы снизим свои издержки. Этот актив в части инженерных, инфраструктурных и производственных площадок – профильный для нас, но он может быть использован и другими резидентами технопарка. Также есть и непрофильные виды работ, которыми занимается завод. И, используя технопарк, мы хотели бы предложить их более мобильным малым предприятиям-резидентам. Еще один плюс – это создание крайне необходимых нам в сегодняшних условиях кооперационных цепочек. Наконец, у нас есть целый ряд перспективных проектов, например, создание легкой авиации, создание центров компетенций по производству вертолетных лопастей, композитных материалов, трубопроводов и шлангов, и других переделов. Эти заделы могли бы вырасти в самостоятельные производства и встраиваться в ко-операционные цепочки. Это – уникальная возможность для развития малых и средних инновационных предприятий.

Итак, очевидна выгода реализации проекта для всех заинтересованных сторон. Территория расширяет налогооблагаемую базу за счет нового высокотехнологичного производства, завод получает возможность расширить пул надежных поставщиков из числа участников кластера и резидентов технопарка и управлять системой поставщиков. При этом государство через механизм поддержки кластеров дает им возможность сократить до 50% завтра на создание новых производств. Кроме того, Ассоциация кластеров и технопарков предлагает «Вертолетам России», если опыт Улан-Удэнского кластера будет успешным, попытаться запустить пилотный проект совместно с проектным офисом Национальной технологической инициативы. У этой идеи есть потенциал синергии: ведь кластер и технопарк представляют собой пул взаимосвязанных предприятий с уникальными компетенциями и планами инновационного развития, при этом кластер как инструмент компенсирует часть затрат на НИОКР и постановку производства. И если выпускаемые кластерами продукты будут соответствовать планам НТИ ее критериям конкурентоспособности, реально рассчитывать на совместное финансирование таких проектов.

Если об эффективности кластера в Улан-Удэ его инициаторы говорят пока в будущем времени, то другой представленный на круглом столе пилотный проект – кластер на базе НПП «Исток» им. Шокина в подмосковном Фрязине – это уже действующий механизм диверсификации производства в компании ОПК и использования ее инновационных технологий для выпуска новых конверсионных товаров. Подробно об этом рассказала заместитель генерального директора НПП «Исток» Мария Чекаданова:

– «Исток» – это научно-исследовательский и производственный комплекс, потенциал которого формировался с советских лет. Это градообразующее, якорное предприятие, вокруг которого развивались вспомогательные производства. Эта модель кооперации времен СССР, когда технологическая цепочка разбивалась на многие звенья-предприятия, чтобы диверсифицировать риски и получить возможность развивать больше научно-технических направлений, чем могло потянуть одно предприятие. Сейчас в рамках кластера создаются аналогичные цепочки. «Исток» обладает обширной промышленной площадкой и уникальной производственной базой для СВЧ-электроники, аналогов которой в мире нет. Все это может дать возможность производителям реализовывать научно-технические разработки на международном уровне. Мы не только привлекаем к сотрудничеству отечественных разработчиков, но и используем самые передовые технологии со всего мира. Наработанный опыт в науке дает много идей, которые нужно внедрять именно на гражданский рынок. Сам «Исток», завязанный в первую очередь на выполнение ГОЗа, просто не в состоянии доводить до производства все идеи. И значительный объем таких наработок мы предлагаем коммерческим фирмам, готовым продвигать их на рынок. Эти коммерсанты, в основном из МСБ, обладают необходимой мобильностью для продвижения проектов. У нас уже есть действующие проекты, которые работают по этому принципу. Например, проект по газотурбинам. На нас вышли его разработчики, ставившие перед собой задачу оптимизировать механизм впрыска газа для его дальнейшей переработки. «Исток» располагал подходящей для них готовой технологией, выгодно отличающейся стоимостью и эффективностью от других предложений. Сами они не смогли бы создать технологию такого уровня. Так и состоялась наша с ними ко-операция.

Вот еще пример, как может осуществляться передача технологий НПП «Исток». У нас есть установка обеззараживания продуктов, основанная на принципе использования клистронов. Произвести клистрон в России может только «Исток», его во всем мире могут произвести считанные фирмы, располагающие уникальной технологической базой. А рынок для этой услуги огромный, и наша лаборатория, осуществляющая обеззараживание, уже не справляется с огромным потоком заказов. И потому мы сейчас ищем партнеров из сферы МСБ, способных взять эти заказы на себя. За нами – технология и помещение, а от партнеров требуется ее освоить и сделать услугу по обеззараживанию продуктов более доступной на рынке.

Что нужно приходящим к нам с предложениями партнерства малым предприятиям? Прежде всего, высокоразвитая научно-промышленная база, инвестировать создание которой сами они, конечно, не в состоянии. А также – рычаги поддержки. В этом плане мы используем механизмы поддержки промышленных кластеров от Минпромторга, а также возможности развития в рамках нового проекта Минэкономразвития по созданию супер-кластеров в Московской области. Партнеры из МСБ либо берутся коммерциализировать наши разработки для гражданского рынка, либо приходят со своей идеей, а мы создаем все условия для доведения ее до конечного продукта и вывода его на рынок. И, поскольку у нас замкнутая территория, у нас создается эффект синергии по обмену именно инновационными продуктами и разработками. Рецепт во всех случаях простой: имеете идею – имейте инструменты ее коммерческого применения. К тому же «Исток» благодаря механизмам компенсации расходов на создание кластера получил дополнительные средства на НИОКР и на содержание инфраструктуры.

Нам часто задают такой вопрос: мол, если к вам придет инноватор со своей идеей и проектно-конструкторской документацией и попросит на вашей площадке произвести сначала малую, а затем и большую серию этого продукта из ваших материалов, сколько процентов накладных на себестоимость этой продукции вы заложите? Здесь механизм таков: когда к нам приходят с проектом, мы рассчитываем прямую себестоимость, и цену продукта составит полученная цифра плюс заложенная рентабельность. Заводу невыгодно закладывать какую-то дополнительную норму прибыли для себя, поскольку мы отлично понимаем, что в этом случае не будет нужного для конкурентоспособности эффекта удешевления продукции.

Из всего рассказанного на круглом столе явствует, что сегодня, в условиях недостаточного развития в стране венчурного финансирования, коммерциализация масштабных высокотехнологичных проектов под силу только заинтересованным в этом крупным промышленным предприятиям. Мотивация в данном случае – поставленная на государственном уровне задача создания конверсионных производств. Задача эта ставится перед отечественной оборонкой не впервые: хозяйственники с советским стажем хорошо помнят аналогичные попытки, предпринятые в СССР еще в конце 1980-х – начале 1990-х годов. И не случайно топ-менеджер из холдинга «Вертолеты России» упомянул о граблях, на которые не хотелось бы наступить вновь. Как избежать с ними контакта и что при этом стоит позаимствовать из тогдашнего опыта? Этим темам посвящено исследование ЦНИИ экономики, информатики и систем управления, входящего в Объединенную приборостроительную корпорацию. Это один из ведущих информационно-аналитических центров оборонной промышленности. В частности, в нем разрабатывались предложения по конверсии еще в «перестроечные» годы. С некоторыми выводами исследования участников круглого стола познакомил советник генерального директора ЦНИИ ИЭСУ Владимир Пименов:

– Само понятие конверсия – это, в переводе с латинского, означает – замещение. Это замещение и было инструментом реформирования и перехода ОПК СССР в новую экономическую реальность. Конверсия в годы «перестройки» реализовывалась в ее прямом понимании. Многие тогда пребывали в эйфории: мол, с помощью конверсии мы в течение двух – трех лет решим большинство проблем – насытим отечественный рынок высококачественной конкурентной продукцией, снимем большие затраты государства при сокращении оборонных программ. При этом тогда отсутствовали механизмы, способствующие этим процессам, – кластеры, развитые формы поддержки малого и среднего бизнеса. И в итоге дело с конверсией тогда кончилось достаточно плачевно, особенно для оборонно-промышленного потенциала страны. Было утрачено свыше 300 высоких технологий, большинство из которых – двойного назначения. Конверсия растянулась практически на десятилетие и закончилась в 1998 году с дефолтом.

Конверсия в теперешнем понимании, конечно, должна иметь другую направленность и целевую задачу. Сегодня это не замещение оборонных мощностей гражданскими, а создание совершенно иной организационной структуры, правовой и информационной базы. И само понятие «конверсия» сегодня устарело, более актуальный термин – реальная диверсификация производства. Инструментом ее реализации становится создание кластерной структуры. Инструмент НТИ дает возможность государственной поддержки в первую очередь этим структурным, организационно-технологическим связям. Здесь надо говорить уже о новой промышленной политике, основанной на этих взаимосвязях. И в этом отношении совершенно правильная постановка вопроса о том, что инструментом развития этой парадигмы должно быть достаточно устойчивое долгосрочное программное планирование, основанное не столько на политике, сколько на стратегии применения новых инструментов. При этом в политике в сфере ОПК до сих пор сохраняется узкое место – практическое отсутствие механизма трансфера высоких технологий, которым обладает отечественная оборонка. В этом плане опыт НПП «Исток» очень перспективен, но пока что это все же, к сожалению, штучный пример. Пока что у нас нет и необходимого количества малых инновационных предприятий, способных встроиться в кооперационные цепочки с ОПК. В странах Евросоюза организацией рациональной системы трансфера технологий занимается развитая сеть инновационных релей-центров. В России же закон о передаче технологий был принят только в 2008 году. При этом он регулирует механизмы передачи только государственных инноваций. Надо совершенствовать нормативную базу в этой сфере. И развивать инновационный МСБ, способный в рамках кластеров и технопарков осваивать и коммерциализировать эти технологии. Промышленные кластеры и технопарки – именно тот инструмент, который должен помочь решить эту проблему.

Расхожая фраза: ОПК – локомотив российской промышленности. Думается, к настоящему моменту это утверждение уже устарело: ОПК должен выступать не локомотивом, а генератором развития научно-технического развития. Локомотив просто тянет состав, а генератор должен заряжать гражданский сектор высокими технологиями.

Пока что, надо признать, с функцией такого генератора лучше справляются ведущие западные корпорации. На круглом столе приводился пример: у компании «Боинг» соотношение военной и гражданской продукции – 60% на 40%. При этом концерн развивает гражданские сегменты в том числе за счет привлечения малых инновационных компаний с использованием механизмов кластеров. А что в нашей стране препятствует выстраиванию таких схем взаимодействия компаний, входящих в реестр ОПК, и малых инновационных предприятий? Вот как этот вопрос прокомментировал член экспертного совета Военно-промышленной коллегии Виктор Мураховский:

– Львиная доля заказов по программе вооружений у нас достается предприятиям, контролируемым государством. «Ростех» даже называют вторым министерством промышленности. И сейчас входящие в него компании – это, по большому счету, не рыночные предприятия. Их основные задачи – выполнение ГОЗа, НИОКР, серийное производство. И они до сих пор используют технический задел СССР. Что мешает вхождению предприятий МСБ в кооперационные цепочки? Прежде всего, сама система ГОЗа и система ценообразования на продукцию по ГОЗу – известная формула «20+1». В соответствии с ней предприятие может начислять до 20% рентабельности на собственные затраты и только один процент на покупные комплектующие. Понятно, что в ее рамках каждая корпорация предпочитает обходиться собственными силами, создав у себя производство полного цикла. В этих условиях подключать аутсорсеров можно только с помощью административных рычагов. Далее, если предприятие, выполняющее ГОЗ, снизило издержки, по нынешнему законодательству оно все равно получит прибыль, прописанную в контракте, а всю остальную выручку государство у него заберет. То есть выходит, что стимул – как раз накрутить издержки и получить прибыль за счет объема производства. Сейчас при поддержке ответствующих структур готовятся изменения в законодательстве. Некоторые оборонные корпорации, имеющие достаточно большую долю гражданской продукции, выделяют свои гражданские сегменты в отдельные самостоятельные компании. Известный пример – КамАЗ, у которого доля гражданской продукции превышала долю военной и который выделил свои оборонные проекты в отдельные производства, таким образом, помимо всего прочего, выведя корпорацию из-под санкций. По такому же пути пытается идти ОСК, привлекая на аутсорсинге инженеров и конструкторов профильных НИИ и КБ для решения уникальных, узкоспециальных задач. Таких специалистов просто нерентабельно держать в штате в течение всего цикла производства корабля, который может занимать 7 – 10 лет. Кстати, современные информационные технологии позволяют решать проблемы, связанные с допусками аутсорсеров на предприятия ОПК. Они могут контролировать отклонения от нормальных транзакций на любом предприятии. А нынешняя система грубого администрирования тормозит развитие, заставляет предприятия нести дополнительные издержки, ограничивает их инициативу и развитие.

По итогам конференции Ассоциация кластеров и технопарков направила в органы законодательной и исполнительной власти предложения, сформированные в ходе обсуждений, прошедших на всех тематических треках. В частности, было предложено обратиться в Минпромторг России, проектный офис Национальной технологической инициативы с предложением об организации отбора совместных проектов участников, включенных в реестр промышленных кластеров в целях организации финансирования таких проектов за счет средств, выделенных на реализацию дорожных карт Национальной технологической инициативы. Еще одна идея – создание экспертного совета по законодательному обеспечению деятельности кластеров – предложена на рассмотрение профильному комитету Госдумы.

Полтора месяца спустя Минпромторг РФ опубликовал проект Стратегии развития авиапрома. В нем «красной линией» определена задача перехода от существующей индустриальной модели крупных предприятий полного цикла к модели, которая подразумевает передачу большинства процессов на аутсорсинг и сохранение за головными предприятиями ключевых компетенций, формирующих конкурентные преимущества финальной продукции. Предложенная модель предполагает создание условий для наиболее эффективного внедрения результатов НИОКР в производственные цепочки. Вот как прокомментировал проект документа Андрей Шпиленко:

– Такой подход полностью соответствует признанной в мире практике кластеризации и направлен на повышение эффективности управления поставщиками и качеством продукции. У нас есть отличная конструкторская школа, инженерные наработки, производственная база, но именно эффективность бизнес-процессов сегодня и в перспективе будет ключевым фактором конкурентоспособности на очень сложном мировом рынке авиастроения. В России уже есть примеры создания кластеров в авиастроении – в Самарской области и Республике Бурятия. На данный момент заявка бурятского кластера уже сформирована и проходит рассмотрение на включение в реестр промышленных кластеров Минпромторга России, что позволит ему получать поддержку на реализацию проектов по импортозамещению и локализации необходимой компонентной базы. Немаловажным аспектом выполнения поставленных проектом Стратегии задач станет работа по снижению издержек, значительная часть которых возникает из-за необходимости содержания предприятиями громоздкой непрофильной инфраструктуры, расходы на которую учитываются в себестоимости продукции. Решением данной проблемы послужит создание промышленных технопарков на предприятиях, имеющих избыточные мощности. Однако развитие поддерживающей авиастроение инфраструктуры обязательно должно быть синхронизировано с работой по обеспечению выхода новой продукции на международные рынки. В противном случае мы получим либо пустующие инфраструктурные мощности, либо серьезные ограничения для конкурентоспособности авиастроения.

Версия для печати
Авторы: Светлана БАКАРДЖИЕВА
Разместить ссылку на: 


Добавить комментарий

Автор: *
Тема: *
Код c
картинки: *

Коментарий: